Егор Крид внес меня в "черный список" — история кыргызстанской телеведущей
Моя коллега, журналист Екатерина Михайлова, как-то сказала, что на первом курсе университета знала только два имени кыргызстанских журналистов: Махинур Ниязова и Ксения Баранникова. Метнув в Катерину лучи гнева и фразочку "Ну и иди к своей Баранниковой!", я решила взять у нее интервью. У Ксении, а не Кати, конечно.
Тем более, было за что: она вела утренние шоу в Бишкеке, кошмарила вопросами звезд российской и мировой эстрады на казахстанском телеканале, а теперь вообще поехала покорять Москву и… поступила!
— Ты очень быстро превратилась из обычной студентки кафедры журналистики в рейтинговую телеведущую. Как?
— Не быстро. Я поступила на журналистику, потому что это казалось мне близким… Хотя нет, вру. Я вообще не знала, куда идти. Просто мне удавались сочинения. Однако я не понимала, зачем хожу на пары, что-то учу… Потом наш любимый Александр Самуилович (Александр Кацев, заведующий кафедрой международной журналистики КРСУ. — Ред.) сказал, что на "5-й канал" требуется журналист.
Я хорошо помню тот день и до сих пор поражаюсь своей нахальности. Мне было семнадцать, шел второй курс. Я прихожу на "Пятый…", охранник спрашивает: "Девушка, вы вообще кто?". Отвечаю, что я к шеф-редактору Дмитрию Ложникову. Охранник звонит ему, и я в трубку интересуюсь: "Вам требуются талантливые, классные журналисты?". Ложников, видимо, растерявшись от такой нахальности, вышел и провел для меня тест, в ходе которого я полностью провалила знание отечественной политики. Зато я поразила его своими литературными познаниями.
Я тогда подумала: "Вот она — моя карьера на телевидении". Ага! После этого я вернулась к работе корреспондента, все так же бесплатно. Это продолжалось месяца три, а потом Давид Орбелиани проспал эфир. Я спокойно собиралась в университет, но мне позвонили и попросили провести передачу… Вообще-то Давид в принципе любил поспать подольше, поэтому я там прочно обосновалась.
— Ты уехала в Казахстан и смогла найти работу. А мне всегда казалось, что там так много девушек, которые окончили журфак и мечтают вести развлекательную передачу, что их можно солить на зиму… Сложно было?
— Кстати, нет! Я такой формат, как у меня, на казахстанском телевидении не видела. Возможно, смелостью, неординарностью вопросов я и привлекла руководство телеканала. Просто нашла по Интернету вакансию, отправила свое резюме, приехала на собеседование — и все. Мне сразу дали задание: взять интервью у солистки группы "Демо"…
Зачем уехала? Хотелось чего-то нового, расти хотелось. Конечно, я еще тогда мечтала о Москве, но Алматы как-то ближе.
— Да, я видела твои фотки в Инстаграме: ты там со всякими российскими и даже мировыми звездами мило беседуешь.
— В Казахстане это вообще обычное дело: артисты приезжают по несколько раз в неделю. Поначалу был какой-то трепет: "Вау, это же Джиган!" — но когда ты третий раз приезжаешь к нему на интервью, все пропадает.
— Кто из тех, у кого ты брала интервью, для тебя самый звездный-презвездный?
— Многие: Ja Rule (американский рэпер и актер. — Ред.), Джон Ньюман (британский певец, автор хита "Love Me Again". — Ред.). Кстати, с зарубежными артистами общаться легче, чем с российскими. У них нет "налета" звездности, они попроще, что ли…
Меня в этом плане очень удивил Валерий Меладзе. Я не была особой почитательницей его таланта, но, приехав к нему на интервью, удивилась тому, как уважительно он относится к журналистам. Обычно артисты выделяют тебе пять минут или вовсе собирают всю прессу вместе. А Валерий сказал: "Говорите со мной столько, сколько нужно". Он оказался таким приятным собеседником, что после интервью я по-новому взглянула на его творчество.
Чего не скажешь о Егоре Криде! Он меня вообще добавил в "черный список". Это было одно из первых моих интервью, я задавала ему свои коронные неловкие вопросы. Но тут дело было в сюжете, который вышел в эфир: я сказала, что Егор на сцене выглядел уставшим и пел под фонограмму.
Когда он приехал в Алматы второй раз, я со своим микрофончиком снова пошла к нему за интервью. Однако его директор остановил меня и сказал: "Лично с вами Егор беседовать не будет! Вы сказали в репортаже, что он пел под фонограмму. Зарубите себе на носу: Егор Крид никогда не поет под фонограмму!". А у меня, на секундочку, музыкальное образование, и я могу отличить, когда человек поет сам, а когда нет. Но интервью я все-таки взяла: сняла коробочку с логотипом телеканала, отдала микрофон своему парню и сказала, какие вопросы надо задать. В третий раз этот трюк не прошел…
— В Казахстане, наверное, и зарплата выше, чем у нас?
— Нет, тамошние заработки не сильно отличаются от местных. В принципе, зарплаты на телевидении сложно назвать зарплатами. Когда-то Давид Орбелиани спросил меня: "Девочка, ты зачем сюда пришла? Зарабатывать? На телевидении никогда не заработаешь". Но для меня материальные блага совсем не важны, и вообще, мы, девушки, прекрасные создания, которые не созданы для труда!
— И все-таки у тебя в Казахстане все было очень не плохо — я следила по Инстаграму…
— Боже мой! Ну кто будет выкладывать свои проблемы в Инстаграм?! В Казахстане мне было не так уж сладко: я пришла туда обычным журналистом, долго боролась за то, чтобы быть в кадре. Хотелось работать телеведущей, а не журналистом — это совсем другие привилегии.