Тема: Реалистические поэмы А.С.Пушкина

Написан в 1833г., в Болдине, в октябре; опубликован в 1837. Имеет подзаголовок «Петербургская повесть». Одно из сложнейших и величайших созданий А.С.Пушкина. По глубине и широте социально-исторической проблематики превосходит все предшествующие поэмы Пушкина.

С точки зрения А.Н.Соколова, «своеобразнейший синтез героической поэмы о величии и мощи царя преобразователя и реалистического рассказа о скорбях и несчастьях «маленького человека», бедного чиновника». Поэма написана в то время, когда формируется новая художественная система Пушкина. В «МВ» проявился новый повествовательный стиль, заложенный уже в «Евгении Онегине» (представляющий собой синтез лирического стихотворения, эпиграммы, оды, поэмы, повести), объясняемый отчасти тем, что «МВ» - промежуточное произведение между стихом и прозой. Новый жанр, специфику которого подчеркивает подзаголовок «Петербургская повесть». Использует формулу онегинской строфы – AbAb CCdd EffE gg.

3. С точки зрения Ревякина, «МВ» - социально-политическая и философская поэма, отражающая поиски Пушкиным разумного, конкретно-исторического решения проблем власти и народа, частного и общего, личного и государственного. С точки зрения Мейлаха, суть поэмы в ее историко-философской концепции.

Пушкинская философия истории нашла свое наиболее яркое воплощение в поэме «МВ». Проблематика этого произведения многообразна: созидательное и «тираническое» начала в деятельности Петра, взаимоотношения государственных и личных интересов, неизбежность их столкновения в процессе поступательного движения истории, проблема «маленького человека» и т.п.

Философская сторона проявилась уже в самом замысле поэмы, который «основан на символическом столкновении двух полярно противоположных сил – рядового «маленького человека» и неограниченной могущественной силы самодержавного государства, причем в центре конфликта оказывается, хотя и вынужденный смириться, но способный на протест «ничтожный герой». Это он нарушил торжественное, незыблемое величие царя, который увидел в нем достойную преследования силу».

Философское мышление Пушкина проявилось в совмещении символики и детализированной конкретности. Каждый образ конкретен и в то же время несет колоссальное обобщение, и символичен. Петр – это реальная, историческая фигура – основатель Петербурга, и олицетворение самодержавия; наводнение – это и действительное происшествие, и «Мятежная стихия», с которой «царям не совладать»; Евгений – персонаж, изображенный с присущим ему образом мыслей и характером, и в то же время – это тип, представляющий многих, человек, о которых сказано, что их «тьма в Петербурге», городской бедноты и, шире, обездоленного народа. Безумие Евгения – это и сдвиг сознания, не выдержавшего катастрофы, но это и безумие героического мятежа одиночки против необъятной силы.

В поэме – конфликт частного и общего, олицетворен в образах Евгения и Петра. Узколичным стремлениям Евгения, бедного петербургского чиновника, противопоставлены повелительные требования исторической и государственной необходимости, следуя которым Петр и заложил новую столицу – «город под морем». Но, с другой стороны, в поэме – гневный протест одного из простых людей, походя раздавленных «горделивым истуканом» - «грозным» и «ужасным» царем - самодержцем. Оба героя двойственны, в оценке каждого из них проявилось диалектическое сознание Пушкиным исторических деятелей и современной ему истории.

Петр появляется уже в самом начале поэмы, во Вступлении читаем

На берегу пустынных волн

Стоял он, дум великих полн,

Отсель грозить мы будем шведу,

Здесь будет город заложен

Назло надменному соседу.

Природой здесь нам суждено

В Европу прорубить окно.

Ногою твердой стать при море.

Сюда по новым сим волнам

Все флаги в гости будут к нам.

И запируем на просторе.

У Петра – «великие думы», связанные с судьбами страны, народа. Пушкин понимает и славит всемирно-историческое значение дел Петра. Петр во Вступлении – зодчий, защитник воздвигнутого по его замыслам города, он как бы преграждает путь возмущенной стихии властно простертой вперед рукой. Пушкин сложил поэтический гимн могучей силе разума, воли и творческого труда человека, способного осуществить такое чудо, как возведение «из тьмы лесов» и «топи блат» великого и прекрасного города, символа новой, преобразованной России.

Но, стоящий на страже «общего», МВ не замечает страданий «частных» - горя и отчаяния Евгения: он «обращен к нему спиной».

В «МВ» образ Петра выступает внутренне противоречиво. Он предстает в двойном аспекте – не только создателя новой российской государственности, полководца и крупнейшего госуд. деятеля, но и «самовластного помещика», о котором Пушкин позднее заметит, что некоторые его указы «кажется, кнутом писаны».

После вступления начинается и до самого конца идет повествование о Евгении.

4. Евгений – незаметный чиновник, рядовой представитель городской бедноты (в поэме глухо упомянуто о былой известности его рода, но в наст. Момент это герой деклассированный), в поэме подчеркнута и несущественность происхождения героя («прозванья нам его не нужно», оно «ныне светом и молвой забыто») и его полное перерождение:

Живет в Коломне; где-то служит,

Дичится знатных и не тужит

Ни о почиющей родне,

Ни о забытой старине.

Само выдвижение коломенского бедняка в качестве героя, интересы, права, судьба которого оказываются столь существенными при художественной постановке вопросов об историческом значении петровских преобразований, о будущем России, о взаимоотношениях государства и личности свидетельствует о глубоком демократизме поэмы.

Мечты Евгения такие же «маленькие», как и он сам:

Уж кое-как себе устроит

Приют смиренный и простой

И в нем Парашу успокоит.

«Пройдет, быть может, год-другой –

Местечко получу – Параше

Перепоручу хозяйство наше

И воспитание ребят…

И станем жить и так до гроба

Рука с рукой дойдем мы оба,

И внуки нас похоронят…

Пушкин раскрывает характер Евгения, не идеализируя героя. С одной стороны, Евгений изображен как личность, это человек высоких нравственных качеств, он противоположен тем «праздным счастливцам» «ума недалекого», которым жизнь «куда легка». Нравственные понятия Евгения безупречны и благородны, они выработаны «в волненьи разных размышлений», он думает о том, как доставить себе «независимость и честь», он для этого «Трудиться день и ночь готов». Это и личность самоотверженная; когда произошла катастрофа, он «страшился бедный, Не за себя». Его образ приближен к читателю, вызывая горячее сочувствие. Этому способствует интонация, с которой Пушкин именует своего героя («Евгений мой», «бедный, бедный мой Евгений»). Сочувствие «ничтожному герою» вызывает не только его горестная судьба, гибель на одиноко заброшенном острове, но и отвага безумца, грозящего царю. Его угроза МВ не только импульсивный, бессознательный поступок, «прояснились в нем страшно мысли», и слова «Ужо тебе!» - это слова о возмездии, которое должно прийти. Наряду с этим Пушкин показывает ограниченность мечты Евгения, отражена с реалистической правдивостью крайняя узость его жизненных целей.

В соотнесенности прошлого с современностью, в обрисовке положения того социального слоя, который представляет Евгений, проявился глубокий историзм поэмы.

И Петру, и Евгению в поэме противостоит разбушевавшаяся стихия, вышедшая из берегов Нева. Уже подзаголовком «Петербургская повесть» автор указал, что поэма о современности, и в конце вступления подчеркивается, что речь пойдет о конкретном событии – наводнении 1824 г., о котором свежо воспоминание». Наводнение с ужасающей правдивостью проявило судьбу бедного люда. «Прошло сто лет», но народ остался нищим, незащищенным, и его состояние с потрясающей очевидностью обнажилось, когда набросились «злые волны».

Широта исторического мышления Пушкина проявилась и в финальном вопросе поэмы «Куда ты скачешь, гордый конь? И где опустишь ты копыта?» Сюжетно поэма завершена, герой погиб, но центральный конфликт – самодержавной власти и обездоленного народа – остался не разрешенным. Символическая победа МВ над Евгением – победа силы, но не справедливости.

Выражением контрастности верхов и низов является изображение Пушкиным Петербурга. Образ Петербурга разработан в двух разнородных лирических сферах.

По внутренней логике развития философско-исторического мышления Пушкина и его поисков путей воплощения образа героической личности, ее роли в движении истории «МВ» стоит в одном ряду с такими произведениями, как «Станционный смотритель», «Домик в Коломне», «Капитанская дочка» (близость проблематики, центральный – образ «ничтожного» героя).

5. Дискуссии в литературоведении по поводу поэмы.

В.Г.Белинский оценил поэму как «апофеоз Петра Великого, самую смелую, самую грандиозную, какая могла только придти в голову поэту, вполне достойному быть певцом великого преобразователя России…»

А.Турков высказывает следующую позицию по отношению к двойственности поэмы. Действительно ли Пушкин хотел быть «певцом» Петра? С одной стороны, петровская деятельность вызывает у поэта патетические слова: «

(Широта исторического и философского мышления Пушкина в поэме «Медный всадник»)

1. «Медный всадник»