«Тема» – первая гей-газета, изданная в России

В конце перестроечных 1980-х годов ЛГБТ в крупных городах России начали избавляться от страха быть наказанными за «неправильную любовь». Оттепель в политической атмосфере страны позволила геям и лесбиянкам «выйти из подполья», социализироваться и заявить свои права на участие в общественной жизни.

В это время в Москве группа ЛГБТ-активистов инициировала выпуск издания для сексуальных меньшинств «Тема», которое стало первой в истории СССР и постсоветской России газетой для геев и лесбиянок.

В конце 1989 г. в Москве была создана «Ассоциация сексуальных меньшинств (Союз лесбиянок и гомосексуалистов)», в соответствии с программой — «прежде всего правозащитная организация, ее основная цель — полное равноправие людей различной сексуальной ориентации». В числе главных задач, которые Ассоциация ставила перед собой, помимо борьбы за отмену ст. 121.1 УК, изменения общественного отношения к сексуальным меньшинствам с использованием возможностей официальной прессы, социальной реабилитации больных СПИДом, помощи людям в поисках друзей и единомышленников, пропаганды безопасного секса и сбора информации о преследовании гомосексуалов, значилось также «издание газеты «Тема» и других материалов». Участниками и основателями Ассоциации были В. Ортанов, К. Евгеньев, А. Зубов, Р. Калинин, Е. Дебрянская.

Вспоминает Роман Калинин:

— «Тема» — так называли геев в то время на сленге. В 1988 году я был активным членом молодежного неформального движения, потом вступил в только появившийся ДемСоюз. В нем мы начали издавать с «натуралами» социал-демократическую газету «Новая жизнь». Я увидел, как делается газета, технологию ее создания. И тут меня осенило, ведь я на тот момент был в России одним из немногих, кто мог бы сделать гей-газету. Меня это больше заинтересовало, чем социал-демократия. Я сделал макет газеты «Тема», сам отвез его в типографию в Прибалтику, а потом готовый тираж на поезде обратно — в Москву. Таким образом, в 1989 году появилось издание, которое стало собирать вокруг себя геев и лесбиянок.

Это был прорыв колоссальнейший. Конечно, по современным понятиям это и газетой-то трудно назвать, такой популяризаторский листок… Но – мы дали помощь нашему сообществу – геям и лесбиянкам, второе – мы начали работать с обществом. Потому что общество не знало, что это такое — гомосексуальность. Нужно было прорвать информационную блокаду, объяснить, что мы есть, что геи — обычные, вполне нормальные люди.

Однако после выхода второго номера газеты в АСМ произошел раскол, часть «отцов-основателей» покинули Ассоциацию.

Рассказывает Роман Калинин:

— Тогда гей-движение разделилось на две фракции: на умеренную и радикальную. Радикальная — это были Дебрянская, я, еще несколько людей. Умеренную олицетворяли люди, создавшие впоследствии «Риск» (газету «Риск» («Равноправие — Искренность — Свобода – Компромисс»), редактор Владислав Ортанов, с 1992 года выпускала созданная в 1990 году Ассоциация за равные права гомосексуалов (АРГО) – прим. авт.). Мы понимали, что свободу не выпрашивают, ее просто так не дают. Свободу нужно брать. И не стоять в позиции кроликов, уговаривая себя не кушать. Поэтому мы решили пойти по пути эпатажа — мы шокировали, мы наезжали на правительство.

На месте фактически переставшей существовать АСМ возник Московский Союз лесбиянок и гомосексуалистов (МСЛГ), который возглавили Евгения Дебрянская и 24-летний студент Роман Калинин. Он и стал единоличным издателем и редактором «Темы» — газета было зарегистрирована как частное издание Моссоветом в октябре 1990 года на основании российского «Закона о печати» (свидетельство о регистрации № 82).

Если учесть, что для тогдашнего общественного сознания, стремительно загружаемого ранее запретной, «безнравственной» информацией (сексуальность стала темой публичного дискурса), но малоискушенного в проблематике прав человека, появление гомосексуалов на социально-политическом поле само по себе было эпатажем, то «шоковая терапия от лесбиянок и геев» неизбежно приводила к скандалу. Скандалом (безусловно, небесполезным с точки зрения «раскрутки» нового издания) отмечено и начало выпуска «Темы».

Осенью 1990 г. в газете Свердловского района г. Москвы «Каретный ряд» был опубликован материал «Сексуальные меньшинства приветствуют Моссовет!», посвященный регистрации столичным органом власти газеты «Тема». В публикации за подписью И. Бруштейна приводились слова Р. Калинина, из которых следовало, что Ассоциация сексуальных меньшинств, под патронажем которой вышли несколько «дорегистрационных» номеров «Темы», выступает в защиту прав не только гомосексуалов и лесбиянок, но и педофилов. «Горячую новость», расцветив и дополнив на свой вкус, подхватили СМИ всесоюзного масштаба — ТАСС, «Советская Россия», «Правда», «Семья», «600 секунд» Александра Невзорова. Очевидно, что под плащом прокоммунистических «блюстителей морали» таился политический кинжал: «Тема» и АСМ были предлогом для атаки на демократический Моссовет, который яростно обвиняли в поощрении половых извращений и пропаганды разврата. По свидетельству И. Кона, советского и российского социолога, антрополога, философа, на некоторых предприятиях далеко от Москвы даже организовывались митинги протеста и принимались резолюции с требованиями переизбрания Моссовета и запрещения «Темы» и Ассоциации сексуальных меньшинств. Газетная война завершилась судом, который признал обоснованными доводы Моссовета о том, что в программе зарегистрированной им газеты «Тема» никакой «пропаганды разврата» не содержалось, АСМ же Моссовет вообще не регистрировал и отвечать за нее не может. Судебное решение обязало «Каретный ряд» принести печатные извинения. «Правда» извинилась по собственной инициативе, предусмотрительно не дожидаясь следующего судебного процесса.

«Информация о жизни и проблемах сексуальных меньшинств в России и других странах; борьба за равные социальные права всех людей независимо от их сексуальной ориентации; пропаганда безопасного секса; информационная и финансовая поддержка общественной программы «Анти­СПИД»; утверждение примата интересов личности над интересами государства как условие создания свободного общества», — такие пункты содержались в программе «Темы». Конечно, смелые: ведь статья 121 Уголовного кодекса РСФСР «Мужеложство» еще действовала в полном объеме. Но юридически безопасные: закон начала 1990-х не предусматривал наказания за, пользуясь современной формулировкой, «пропаганду нетрадиционных сексуальных отношений». Впрочем, на любую безопасность всегда может найтись свой прокурор…

Вспоминает Роман Калинин:

— Конечно, боялись. Статью ведь никто тогда еще не отменил. Но и дураками были по большому счету. Сегодня я бы боялся больше. Наверное, время было такое. Это была даже не храбрость, а бесстрашие. То есть полное отсутствие здравого смысла… Сегодня бы я десять раз подумал, а в то время это был как бы порыв. Я даже думаю, что это был не я. Дано было пробить эту стену юноше с высшим образованием, вот он ее и пробил…

В КГБ не вызывали, вызывали в прокуратуру. Я поехал туда не один — мало ли куда меня потом повезут. Прокурор долго рассказывал про 121-ю статью, были косвенные угрозы. Например, так: «Вы же ездите в электричках. Вы понимаете, что когда-то вы куда-то не доедете». Но я понимал, что они боялись испортить отношения с Западом, тогда это было очень важно. Он попытался на меня надавить, но, не видя никакой реакции с моей стороны, прекратил беседу. Да и трудно было добиться реакции, я пришел на встречу в абсолютно пьяном виде (мы четыре часа ждали опоздавшего прокурора), и думал только о том, куда надо дышать. Полагаю, прокурор просто обалдел от такой наглости, и это меня в чем-то спасло.

Мне кажется, что мы вбили в сознание чиновников то, что ограничивая наши права, они получат скандал. Поэтому вопрос об отмене 121 статьи прошел безболезненно.