Татуированные иркутяне о красоте, работе и вызове обществу

Твой Плюс поговорил с молодыми иркутянами, для которых татуировки — смысл и стиль жизни.

Когда-то татуировки выражали определенный социальный статус человека либо вовсе считались способом общения с потусторонними силами. Сейчас всё намного проще: тату стали частью современной культуры, доступной каждому. Появились настоящие романтики — люди, разрисованные с ног до головы, получающие удовольствие от нанесения татуировок и обладания ими.

Твой Плюс поговорил с тремя татуированными горожанами об их жизни, заработке и планах на будущее.

Семён Медведев, свободный человек

Первую татуировку я набил в 15 лет, это была сова на руке. За пять лет у меня на теле появилось 16 рисунков: забита шея и правая рука, есть непонятное существо на ноге, надпись на пальцах и несколько тату на лице. Решения о новой татуировке могут быть абсолютно спонтанными. Так появился цветок на виске: я случайно встретил на улице знакомого мастера, он предложил набить что-нибудь на лице, и минут через 40 я уже был в салоне. Вышел оттуда с ощущением полной удовлетворенности.

На правой руке у меня набит череп, там же спичечный коробок, ворон, опасная бритва, цветочек, две надписи. Маму не радует, что я делаю татуировки, отец говорит больше не бить на лице, а вот бабушке мои тату нравятся. На работе — я был кальянщиком — сложностей из-за рисунков на теле не возникало. Думаю и в дальнейшем мне это не помешает: буду работать в таких сферах, где татуировки не проблема. Барменом или, может быть, тату-мастером.

Сейчас я не работаю, а деньги на татуировки мне дарят друзья, либо выигрываю сертификаты на бесплатные сеансы в конкурсах репостов во Вконтакте. Самая большая сумма, которую выигрывал на татуировку — десять тысяч, этого достаточно, чтобы сделать хороший рисунок.

С появлением татуировок у меня изменилось отношение к жизни − я стал увереннее. Люди стали обращать на меня внимание, узнавать, появилось больше знакомых. Реагируют на мою внешность в основном положительно. Хотя был и такой случай − в электричке подсел к бабушке, она несколько минут смотрела на меня, потом молча встала и пересела в другой конец вагона.

Для меня татуировки — как стиль жизни. Так я иду против общества, выражаю свою индивидуальность. Выбор эскизов всегда зависит от настроения, от мыслей — например, череп на шее я сделал, потому что на тот момент был в депрессивном состоянии. Татуировки помогают мне пережить какой-либо жизненный кризис. В будущем я хочу дальше забивать тело, руки, ноги.

Елизавета Мутина, 21 год, студентка

Впервые я захотела сделать татуировку в восьмом классе, через три года набила на груди надпись «Счастье сопутствует смелым» на латыни. Тогда мне казалось, что эта фраза — моё жизненное кредо. Сейчас понимаю, что это мейнстрим: летом на Байкале я случайно встретила парня с точно такой же надписью на руке.

К третьему курсу университета сделала ещё несколько татуировок. На самую большую — лису на животе — я долго копила, экономила на еде и на развлечениях. Сейчас легче найти деньги на новую тату − я получаю повышенную стипендию и работаю в магазине одежды.

Не люблю подолгу думать над эскизами, набиваю то, что нравится. Например, на тату на ноге вдохновил эпиграф к «Братьям Карамазовым» Достоевского. Там написано, что если зерно упадёт в землю и умрёт, то оно принесёт новые плоды. Мне хотелось выразить эту мысль по-своему: набить горлышко разбитой бутылки, из которой прорастают полевые цветы. В итоге вместо бутылки набила кисть руки, но смысл сохранился. Когда у меня будет много татуировок — а я очень сильно этого хочу — я буду разглядывать их и вспоминать, в какой период набивала, что меня интересовало и волновало в то время.

Мне зачастую больше нравится процесс набивания, а не результат. Болевой порог у всех разный, мне почти не больно, даже наоборот — приятно лежать и чувствовать, как колет иголочка мастера. А ещё я визуал, мне важна эстетическая красота. Поэтому я обожаю татуированных людей, я восхищаюсь ими, буквально теряю дар речи.

В Европе татуировки воспринимают проще, чем в России. Недавно я была в Берлине, зашла в банк и увидела среди сотрудников парня с забитым рукавом. А в отеле встретила хостеса с татуированной шеей. У нас людей с татуировками на открытых местах не приняли бы на подобную работу.

Сергей Колесников, 28 лет, тату-мастер

Интерес к татуировке появился с малых лет: в седьмом классе я собрал самодельную машинку и набил себе первую татуировку. Это была немецкая символика SS на ребре ладони. Получилось криво, и через неделю я стёр надпись наждачкой. Сейчас татуировок у меня много, но не по количеству, а по масштабам. Забита правая рука, шея, грудь, левая рука — и всё это один рисунок. Спина тоже полностью забита, и на ногах есть тату.

Прохожие часто смотрят странно, бывает, дедушка пройдёт мимо и перекрестится. Или в автобусе едешь, бабушки тебя увидят и начинают молиться — становится как-то не по себе. Молодёжи, конечно, нравятся татуировки — это модно сейчас. Большинство моих друзей тоже татуированные, потому что похожее общество притягивается как магнитом.

Я уже больше десяти лет сам набиваю татуировки. Сначала с ребятами открывали студию на Сахалине, потом я переехал в Иркутск. Весной будет три года как работаю в «Джокере». Иногда у меня за месяц нет ни одного выходного: народу в салон приходит много, народ любит татуировки. Не только молодёжь, и взрослые тоже − всё зависит от стереотипов каждого человека. У нас в студии как-то бабушке набивали стрекозу на ноге. Когда закончили, у неё в глазах были слёзы от радости.

Татуировки — это эстетически красиво. Однажды Есенина набивал на ноге — приятно делать портреты тех, кто за душу людей трогает. Вдохновляют масштабные татуировки, когда нужно, например, забить всю спину. Кому-то нравится набивать и на лице: у одного знакомого автомат Калашникова, у других иероглифы. Но я считаю, что это слишком сильный шаг, и для молодых людей легкомысленный.

Иркутск в плане тату очень хороший город. Здесь много крутых мастеров, плюс периодически приезжают татуировщики из других городов или из-за рубежа, делятся опытом. А этим летом в Новосибирске будет проходить Сибирский фестиваль татуировки − один из лучших в России. Буду участвовать как модель: ребята хотят закрасить мне живот.

В будущем не собираюсь заниматься чем-то другим − раз уж весь разрисованный, пути назад нет.