Социолог Вадим Волков — о том, как российский бизнес изменился за 25 лет

«В последнем кадре фильма «Груз 200» на фоне безнадёги и разваливающейся страны вдруг появляются люди нового типа — в костюмах, осанистые, деловые. Легко представить себе, как из них вышли ходорковские и березовские. Комсомольцы, спекулянты, спортсмены, военные первыми начали зарабатывать деньги в новой России благодаря социальным связям. » Вадим Волков, автор книги «Силовое предпринимательство», проректор Европейского университета в Санкт-Петербурге, доктор социологических наук и доктор философии Кембриджского университета, много лет изучал сходства и различия между организованной преступностью, госструктурами и частным бизнесом. «Секрету» он рассказал о том, как возник бизнес в 90-х и как изменились предприниматели за четверть века.

Вадим Волков, автор книги «Силовое предпринимательство», проректор Европейского университета в Санкт-Петербурге, профессор социологии права им. С.А. Муромцева и доктор философии Кембриджского университета, много лет изучал сходства и различия между организованной преступностью, госструктурами и частным бизнесом. «Секрету» он рассказал о том, как возник бизнес в 90-х и как изменились предприниматели за четверть века.

— Давайте начнём с такого вопроса: как появились первые российские предприниматели? Что это были за люди, чем отличались от советских граждан?

— Предпринимательство было уже в Советском Союзе. Помните последний эпизод фильма «Груз 200»? С концерта «Кино» выходят молодые люди, внешне напомнившие мне юных Ходорковского и Потанина. Вокруг ещё социализм, 1984-й год, безнадёга и балабановская чернуха, но они начинают обсуждать, как можно сделать «бабки», говорят про огромные возможности. Последний кадр меняет фрейм всего фильма. Разваливаются старая мораль и старые институты, появляются новые типажи. Фоном звучит «Время есть, а денег нет, и в гости некуда пойти».

Ничего в этом мире не вырастает на пустом месте, всё растёт, трансформируя первоначальную форму. И предпринимательство не появилось с нуля, не самозародилось, а вышло из Советского Союза. Оно было и раньше, особенно в последнее пятилетие существования СССР, когда сильна стала теневая экономика.

Предпринимательство — это всегда риск и не всегда созидание. Теневым бизнесом в Советском Союзе занимались люди рисковые. Им нужно было при плановом социалистическом производстве создавать неучтённый оборот и искать возможность его реализовать, обеспечив безопасность своей схемы. Обычно это значило заложить в расходы сумму на дополнительные издержки в виде платежей правоохранительным органам, чтобы те закрывали глаза на злоупотребления. Эти люди были особенно сильны в южных регионах — Краснодар, Ростов, Ташкент, а также в Москве, в других городах. Мы не знаем наверняка масштабы богатства этих людей, но они вполне могли бы быть долларовыми миллионерами. Ещё были фарцовщики, бандиты, валютные спекулянты. Торговля валютой была подсудным делом, расстрельным. Так что бизнес уже был, просто он существовал как параллельный мир, это была скрытая приватизация социалистических активов через создание неучтённых потоков. Часть новых бизнесменов вышла из той, старой среды.

Другая среда, из которой выходили предприниматели, — комсомол. Комсомол в те времена был едва ли не единственным лифтом вертикальной мобильности. ЦК КПСС фактически состоял из представителей одного поколения, которые начало восхождение в конце 1930-х и стали уходить только в брежневские времена — умирая по естественным причинам. Это первое старшее поколение было более идейным, второе поколение оказалось довольно циничным. Они и так рассматривали комсомол как карьерную лестницу, так что быстро сумели адаптироваться к новым реалиям. Мы видим, что первые предпринимательские структуры строились на основе существующих и функционирующих социальных сетей.

— Поясните, пожалуйста, что вы называете «социальными сетями»?

— Предпринимательство — это не дело одиночки. Только кажется, что бизнес делают капиталисты-индивидуалисты, на самом деле предприниматель всегда зависит от большого количества людей: партнёров, поставщиков, покупателей, подрядчиков, финансистов и так далее. Чтобы делать бизнес, требуется доверие, а доверие — дефицит в ситуации раннего капитализма, который возник в конце перестройки. Почему? Потому что в раннем капитализме нет институтов, которые поддерживали бы это доверие. Откуда взять это доверие? Вы наверняка слышали тезис, что предпринимательство хорошо развивается в сообществах, объединённых общей религией. Он справедлив, но не только потому, что методисты, например, хорошо считали или были аскетами. Внутри одной общности — повышенный уровень доверия, а значит, есть дешёвые кредиты, взаимопомощь, соблюдение договорённостей. Давайте назовём это социальным капиталом. Когда на рынках мало информации об участниках, дело можно иметь только с теми, кого хорошо знаешь.

— Какими сетями были объединены первые предприниматели?

— Ранний этап предпринимательства сильно зависел от того, какие сети уже были готовы к концу СССР. Как мы уже говорили, первая сеть — сфера теневой экономики. Вторая — комсомол. Были и другие, например демобилизованные военные. Из ГДР выходил большой контингент, все понимали, что страна рушится, многие уходили в отставку и искали новые занятия. У них были понятия о чести, было высокое доверие внутри группы. Они разъезжались по разным городам, но сохраняли отношения, на основе которых потом можно было делать бизнес. Спортсмены — то же самое, этнические диаспоры — то же самое. Дополнительный ресурс, которым они обладали, — организованная сила, поэтому они занимались так называемым силовым предпринимательством: оказывали охранные услуги, крышевали, занимались рэкетом. Это справедливо в первую очередь для спортсменов, этнических группировок и военных, прошедших Афганистан. Офицеры, служившие в ГДР и других частях, становились предпринимателями другого типа, они занимались торговлей, строительством и так далее. Все эти люди, о которых я говорил, — люди нового типа. Но были и старые — так называемые красные директора, некоторые из них смогли конвертировать свои навыки и умения.

Если обобщать, можно сказать, что на первых порах предприниматели были ограничены размерами этих социальных сетей и возможностью обзавестись первоначальным капиталом. У теневиков деньги уже были, существовали бандитские и воровские общаки, комсомол приватизировал партийные кассы и фонды. Возникали кооперативы — как правило, они создавались на базе госпредприятий и часть денежных потоков предприятия за счёт импорта техники, компьютеров, забирали на себя.