Дети: безопасность или свобода

В Великобритании родители, оставившие ребенка до 14 лет без присмотра, совершают уголовное преступление. Правда, речь идет о потенциально опасных местах — то, с кем ребенок находится дома, законом никак не регулируется. Ночью рекомендуется не оставлять детей одних до 16 лет.

В Нью-Йорке нет ограничений на возраст детей, оставленных дома и в публичных местах. Администрация нью-йоркской службы по вопросам детей и семьи рекомендует оставлять их одних только с 12-13 лет.

Год назад российские регионы получили право самостоятельно определять ограничения (изменения в закон «Об основных гарантиях прав ребенка в РФ»). Это касается только ночного времени: несовершеннолетним нельзя появляться в барах и стриптиз-клубах (а в некоторых регионах — на улице, в парках и в транспорте) без сопровождения взрослых. Есть статьи 156 и 125 УК за «неисполнение обязанностей по воспитанию ребенка» и «оставление в опасности». Но в реальности за ребенка, оставленного без присмотра, ни один российский родитель еще не пострадал.

Несмотря на разную степень ответственности родителей в Америке, Великобритании и в России, везде процветает культура родительского страха. Об этом любит писать «худшая мать Америки» Ленор Скинази. Один из последних опубликованных постов в блоге Ленор — рассказ одной мамы, которой сразу после родов выдали образец ДНК ребенка — на случай, если его украдут. «Еще пять лет назад, — пишет она, — когда я рожала второго ребенка, такого не было».

Ольга Балаклеец следует принятым правилам и никуда не отпускает сына, хотя думает, что британское общество преувеличивает опасности; Евгения Найберг поощряет самостоятельность, оставляет сына дома и отправляетодного в школу, несмотря на общественное давление; Артемий Троицкийпринимает решения интуитивно, в зависимости от характера ребенка;Евгения Реботунова отпускает сына одного в Милане, но не готова сделатьэто в Москве

Нашему сыну 7 лет. И мы никуда его одного не отпускаем. Во дворе есть частный садик, который принадлежит дому и находится за четырьмя стенами, — вот там он может один гулять. Может, но и то мой муж-англичанин сильно беспокоится по этому поводу. На параллельной улице находится детская площадка, но про нее уже не может идти и речи. А когда мы идем гулять в парк, стоит сыну забежать за кусты, мы уже начинаем серьезно волноваться за Джонни. Потому что мы живем сейчас в таком опасном мире, и Лондон тоже очень опасное место, в котором происходит много ужасных историй. Слава богу, никто из наших знакомых ни в какие такие истории не попадал, но в газетах все время про это пишут. И мы верим тому, что нам показывают по телевизору.

Кроме того, существует юридический аспект: здесь не положено не только на улицу одного ребенка пускать, но и оставлять дома. И если что-то случается, родитель будет наказан — настолько это серьезно. Мне кажется, что это экстрим, что это преувеличенные меры предосторожности. Но это правила страны, в которой мы живем. И знакомые тоже никуда не пускают своих детей. Я не думаю, что эта ситуация будет меняться.

Очень много разговоров ведется о том, что до 13 лет якобы детей по закону нельзя оставлять одних. Насколько я знаю, такого закона нет. Мы начали ненадолго оставлять сына одного в семь лет — сидели в соседнем кафе, например. В восемь лет он стал сам ходить в школу (десять минут пешком). Сейчас, в девять лет он остается один по несколько часов, сам приходит домой и греет себе еду, когда нужно, иногда ходит гулять в парк неподалеку. Можем заставить сбегать в магазин. Пока что его никто не останавливал. Мы всячески поощряем его самостоятельность. В районе Нью-Йорка, где мы живем, такое поведение не приветствуется. Родители стараются как можно дольше удерживать детей в максимально зависимом состоянии, даже когда в этом нет никакой необходимости. Это отчасти связано с комплексом latchkey kid: в 70-е годы в Америке большинство детей были предоставлены сами себе. Считается почему-то, что это плохо эмоционально отразилось на них. Сейчас эти дети выросли в контролирующих «футбольных» мам и пап.

Хотя у меня есть некоторое количество детей, я не считаю себя авторитетом в области педагогики и не думаю, что имею право советовать другим людям, на поводке какой длины отпускать своих детей. Но я могу сказать следующее. Количество самостоятельности зависит от общей обстановки и от самого ребенка. Мальчики — это одно, девочки — это другое, Москва — это одно, а, скажем, дача — это другое, Советский Союз — это одно, современная Россия — это другое. Я скорее интуитивно определяю, когда можно, а когда нет. При этом всегда надо каким-то образом соотноситься и с тем, что считает сам ребенок. Например, у меня со старшей дочерью Шушей часто бывает, что она говорит: «Да, я сама! Я все могу! Отпустите меня!» Но что-то мне при этом подсказывает, что нет, еще рано, это может непредсказуемо закончиться.

Шуше 12 лет, она учится в 6-м классе. Школа ее находится недалеко от дома. Максимум самостоятельности, которая ей позволена, — это ходить одной в школу и из школы. О том, чтобы она одна ездила в метро или на троллейбусе в центр, даже речи не идет. Потому что она витает в облаках, довольно инфантильная. В принципе я допускаю, что если на ее месте была бы другая 12-летняя девочка из разряда «бой-девка», то ей можно было бы повсюду уже одной и ходить, и ездить.

С другой стороны, скажем, сын Ваня, наоборот, очень любит, чтобы за ним ходили, чтобы его опекали. Но мне кажется, что его уже можно было бы отпускать — немножко самостоятельности ему только поможет. Но если человеку боязно, конечно же, я не буду бросать его в прорубь.

Мне кажется, вся атмосфера вокруг детей невероятно изменилась по сравнению с периодом моего детства. Я до 13 лет жил в Праге, и надо сказать, что уже начиная лет с восьми я был один. Я один оставался дома, один ходил гулять, ездил в школу. Начиная лет с десяти я уже совершенно спокойно колесил на трамваях по всей Праге взад-вперед, и ни мне, ни моим родителям как-то даже не приходило в голову, что это может быть опасно. Когда я приехал в Москву, мне было почти 13 лет, я очень быстро освоился в этом городе и тоже повсюду ездил один. Сейчас это было бы просто невозможно.

Я считаю, что, скажем, оставлять детей одних в запертой машине — это просто жестоко. Оставлять детей одних дома, если дети не дебилы и не имеют каких-то физических проблем, можно, по-моему, спокойно оставлять одних с какого-то мало-мальски сознательного возраста, типа 7-8 лет.

Моему сыну 11 лет, он занимается в гимназии, которая находится на северо-востоке; мы же живем на западе. Его одноклассник ездит сам на метро. Хотя сын ориентируется в метро лучше меня (он с няней, бывало, ездил из школы, из бассейна, знает эти ветки, пересадки и станции, я же преимущественно езжу на машине, в метро часто путаюсь), я не решусь отправить его одного. Одна из причин — сложная, с точки зрения безопасности, ситуация в Москве. Одновременно с этим он ходит сам в соседний магазин или гулять с собакой. В Милане, к примеру, я спокойно отпускаю его одного за мороженым на другой конец парка, на курорте он может сам пойти на пляж отеля, а в горах, бывает, жду в кафе на горном склоне, пока он накатается. По сути, я вполне доверяю ребенку в пределах его навыков на данном этапе развития, но страхую его от потенциально опасной среды.

Кого боятся подростки

Илья Файбисович: Негодяи, которые не cписывают

Вера Рыклина: Поколение без мечты

Эту реплику поддерживают:

ключница

Жень, интересно, а какая аналогия этому термину в русском?

И на российских детей это определение распространяется? Я со второй четверти первого класса ходила везде сама. Алкоголизмом не страдаю :-)))

Эту реплику поддерживают:

Лен, я не поняла – какому термину и что распространяется?

Эту реплику поддерживают:

Я не подумала, что в разговоре две Жени!

latch key - что дети приходили домой, а дома - пусто, родители оба на работе

Эту реплику поддерживают:

Ой, я тоже не подумала, извини! :)

У меня было так же – ключ на шее, обед – в холодильнике.

Эту реплику поддерживают: Млада Стоянович

Я много лет боролась за право не есть суп (до сих пор не ем).

Приход домой из школы начинался с выливания супа . :-)

Эту реплику поддерживают:

Я не сталкивалась с русским вариантом. Мне казалось, что все дети были такими ( я с середины восьмидесятых в школу ходила). В первом классе я должна была брать с собой в школу бутылочки, а на большой перемене изменившимся лицом бежать на молочную кухню, менять пустые бутылочки на полные и после уроков тащить эти бутылочки домой, для своего младенца-брата :-)

Эту реплику поддерживают:

Мы живем в безопасном районе Бостона, и наш девятилетний ребенок отличается зашкаливающей ответственностью. Школа от нас в двух кварталах, так что она ходит туда сама. Но обратно (вечером, в темноте) самой ей ходить не разрешают — отпускают только с заранее оговоренным родителем или поверенным лицом. Дома она оставалась одна на полчаса-час пару-тройку раз. У нас есть некий договор относительно «контрольного времени». Если она остается дома одна, я ей звоню, где бы я ни была, в назначенный час и говорю, где я. Смысл в этой договоренности такой: если я не позвонила или не появилась, скажем, через два часа вместо обещанного часа, значит, со мной что-то случилось. Она знает, куда в этом случае звонить. Случиться может что угодно — автомобильная авария, к примеру, да мало ли! Мне б не хотелось, чтобы полиция приехала домой и нашла бы там одинокого ребенка.

Эту реплику поддерживают:

Мне кажется, что в США есть два очень четко разделенных периода. Пока дети растут, родители — по крайней мере моего социального круга, upper middle class, — проводят с ними очень много времени, уделяют им максимум внимания.

Все перемещения, досуг, обучение детей до 14-15 лет полностью организуются родителями. У меня в двух домах были бассейны, и мы должны были подчиняться очень строгим правилам по поводу того, что можно детям в бассейне и как родители должны контролировать своих детей, особая ответственность, если приходят чужие дети и устраивается вечеринка в бассейне.

После 14-15 лет подростки получают чуть большую самостоятельность, так как могут подавать на права. Но эта процедура тоже довольно жестко регулируется: первоначальные права получаются только на вождение машины в присутствии взрослого, а потом есть период, когда разрешено водить машину только в дневное время и не на хайвеях или больших улицах. Есть и множество других правил.

Зато, когда дети заканчивают школу, то сразу получают максимальную независимость: отдельное проживание, желательно в другом городе, финансовую ответственность, необходимость работы, необходимость отвечать за свои поступки и так далее. То есть первый период — очень сильный контроль за детьми и мало свободы. А потом самостоятельность наступает поздно, но резко. Независимо от того, как живут родители, сколько они зарабатывают, ты должен обеспечить свою жизнь сам, иначе тебя не будут уважать в кругу друзей.

Эту реплику поддерживают:

Насколько я знаю, только пара штатов (Иллинойс и Мэриленд) строго оговаривают возраст, с которого детей можно оставлять дома одних. Возраст, рекомендуемый National SAFEKIDS Campaign, — 12 лет.

По мне, ответ зависит от конкретного ребенка. Моих детей можно было оставлять одних значительно раньше. В целом, по моим наблюдениям, иммигранты из России относятся к детям как ответственным субъектам куда либеральнее, чем коренные американцы того же социального класса и возраста.

Помню, я уговаривала своих детей начиная лет с 14-15 ездить в выходные в Нью-Йорк — погулять, зайти в музей, да хоть даже сбегать по дешевым билетам на дневное бродвейское шоу. От нас ходит прямой поезд до Нью-Йорка (полчаса, и ты в центре города). Проблема обнаружилась в том, что ни одного из их друзей не отпускали родители.

Эту реплику поддерживают:

Мой сын начал оставаться дома один лет, наверное, с 6ти – 7ми. Поначалу, конечно, ненадолго, на пол–часа, на час. Сейчас ему 11, и он спокойно остается дома сам – но после 19ти я позабочусть, чтобы с ним обязательно был кто–то из взрослых.

Эту реплику поддерживают:

Довольно забавно, что при этом лет с 19 (или во сколько там заканчивают хай скул) ребенок уезжает в колледж, часто на другой конец страны, и "жить с родителями" начиная с этого времени -- социальная стигма. (Впрочем, я сужу по информации из вторых рук -- может быть, на самом деле не все так ужасно? Я не имею в виду семьи недавних иммигрантов -- речь о коренном среднем классе.)

Эту реплику поддерживают: Павел Марычев

Да, именно об этом говорит Николай Злобин чуть выше: сначала полный контроль, потом - полная самостоятельность. И я не могу понять, есть ли связь у этих двух "крайностей".

Эту реплику поддерживают:

Мои дети — девятилетняя Ева, семилетний Матвей и двухлетняя Ида. Старшие довольно самостоятельные. Они сами одеваются, обуваются, готовят завтрак себе и иногда даже мне, ходят гулять на улицу. Разумеется, под улицей мы подразумеваем закрытую территорию загородного поселка. Одних дома мы их впервые оставили, когда Еве было 7 лет, а Матвею — 5. За границей мы спокойно отпускаем их гулять и не волнуемся: они прекрасно общаются с окружающими.

А вот когда мы жили в городе, мы, конечно, волновались. Будь школа через дорогу, возможно, класса с третьего они ходили бы туда сами. Но в их школу пришлось бы ехать на метро, а это уже опасно. Сам я начал ездить в школу на троллейбусе класса с третьего, но тогда была совершенно другая криминальная обстановка. А сейчас в Москве неспокойно. Так что по степени самостоятельности моим детям можно было бы разрешить многое делать самим, но из-за внешней обстановки мы вряд ли на это пойдем.

Эту реплику поддерживают: Евгения Реботунова

Недавно я был в Таллине и видел, как семилетние малыши с портфельчиками идут спокойно по тихим улочкам сами в школу. Я был сильно впечатлен этой картиной: какая у них нормальная, счастливая жизнь. В Москве такое недопустимо по очень многим причинам: это и машины, и преступность, и хамство водителей, которые не смотрят по сторонам. Поэтому лет до 12 я не буду отпускать ребенка в школу одного (хотя я сам с 4-го класса ездил один в школу на метро). Дома одного я ребенка тоже не оставляю (дочке 6,5 лет) — я сам буду слишком переживать.

Эту реплику поддерживают:

Моей дочке 9 лет и, когда я ее привела в первый класс, психолог в нашей школе сказала мне, что это большая проблема детей этого времени в принципе, потому что они абсолютно несамостоятельные. Родители сильно боятся за безопасность детей, и детям некуда деваться из-под опеки родителей. И это, естественно, в них абсолютно истребляет необходимость в каких-то чертах характера, которыми, например, обладаю я и все дети советского времени. Они адаптированы к миру меньше, все рассажены по машинам, окружены нянями, которые должны следить за ними на площадках.

Я счастлива и рада иногда, когда бываю за границей и могу своего ребенка отпустить на 2-3 часа и не знать, где он ходит — по территории отеля. В Хорватии, в Черногории, куда мы часто ездим отдыхать, в определенных отелях Египта, в Италии еще можно себе позволить отпустить ребенка и 3-4 часа вообще не думать, где он, потому что, у кого ни спросишь: “Where is Masha Mikhalkova?”, все скажут. Но в пределах нашей родины я себе такое позволить не могу. Даже в деревне. Я не знаю, что это повлечет за собой, какие, так сказать, психологические последствия, но я беспокоюсь элементарно, даже когда мой папа везет Машу в метро. Все, что касается транспорта, сейчас вообще очень волнительно.

Эту реплику поддерживают: Евгения Реботунова

Абсолютно согласна, с Вами, Любовь, – в наше время дети способны на гораздо большую самостоятельность, чем мы готовы им позволить именно с оглядкой на окружающую действительность!

Эту реплику поддерживают:

Мой семилетний внук сам себе еду, конечно, приготовить не может, но открыть холодильник, достать оттуда что-нибудь и поесть может запросто. Школа у него недалеко, но в нашей сегодняшней Москве его страшно одного отпускать. А старший с 10 лет ходит сам. И я со второго класса сам ходил, но сейчас время значительно более жесткое, чем было тогда. И гулять их одних мы не отпускаем. Я просто боюсь, и боюсь, что мне страшно будет всегда — в нашей стране чем дальше, тем страшнее.

Но хорошо ли, когда дети становятся совсем самостоятельными? Их все равно нужно контролировать. Если старшего предоставить самому себе, то он может довольно долго просидеть, например за компьютером. Детей все-таки надо постоянно чем-то загружать.

Эту реплику поддерживают:

Последние десять лет я жила в Большом Вашингтоне (штат Виргиния, Мэриленд, Вашингтон). Правила по оставлению ребенка одного дома везде примерно одинаковые:

— До семи лет: ни при каких обстоятельствах, включая детские площадки и машины (в Мэриленде — до 8 лет).

— От 8 до 10 лет: не дольше полутора часов и только в дневное время.

— От 11 до12 лет: не дольше трех часов в дневное и раннее вечернее время.

— От 13 до15 лет: можно оставлять на любое время, но нельзя оставлять ребенка на ночь одного.

— От 16 до 17 лет: можно оставить на ночь одного, но не более чем на двое суток.

Также, согласно правилам, «ребенок должен чувствовать себя комфортно, оставаясь один, следовать инструкциям в случае emergency, суметь набрать 911 и назвать свое имя и адрес, объяснить ситуацию».

В принципе я старалась придерживаться правил, хотя на ночь не оставляла ребенка никогда. Оставляла спокойно на пару часов, единственное переживание — очень часто (по несколько раз в неделю) срабатывает противопожарная сигнализация, которая может напугать ребенка. У американцев, как известно, если перегорела кофемолка, включается сигнализация на весь дом, и с воем сирены приезжает несколько пожарных машин. Вообще с большей серьезностью к Child Welfare правилам я стала относиться после того, как моя дочь несколько раз опоздала в школу на 5 минут и я получила письмо с предупреждением, что если такое поведение будет продолжаться, то меня ждут серьезные последствия, вплоть до временного лишения родительских прав.

Эту реплику поддерживают:

Мое детство прошло в Москве. Многие из моих друзей-приятелей были наделены с младых ногтей известной долей свободы. Но ключ на шею выдавался в купе с определенными обязательствами. Как то:

— никогда не разговаривай с неизвестными;

— не подходи близко к чужой машине;

— не бери из рук чужих никаких сластей и уж тем более не ешь их;

— не потеряй ключ;

— не открывай чужим входную дверь;

— если что, немедленно звони на работу родителям, бабушке домой или соседке тете Клаве, например.

Предполагалось, что ребенок с ключом на шее сделает вовремя уроки, вернувшись вовремя домой из дома пионеров, с продленки, из клуба юных искусствоведов или из музшколы. Особенно ответственным детям поручали покупку хлеба и молока и, порой, отправляли занять очередь за редким товаром. Доехать на автобусе до метро, на метро с одной пересадкой и потом минут 10-15 пешком — совершенно стандартный маршрут как российского, так уж тем более советского ребенка.

Сейчас я воспитываю своих детей, 13 и 12 лет, в Америке. И, порой, подчиняясь распространенным правилам местного поведения, не могу понять, как нашим родителям было не страшно не курировать нас до такой степени. Впрочем, и в Америке все не так однозначно в этом вопросе. Все зависит от того, в каком ты городе живешь, в каком его районе. Одно дело Нью-Йорк. Там стоит чуть попристальней отслеживать путь детей. Движение на улицах, подозрительные личности, сомнительные компании. В Бостоне ситуация помягче, более академически-вольготная, что ли.

В родителях местное законодательство воспитало чувство бдительности путем ряда строжайших мер и уголовно наказующих статей. Тут, конечно, было много нелепых перекосов, но в родителях прочно воспитали чувство ответственности (ведь не только же в детях ее воспитывать). А вот сами дети в Америке, в основной своей массе, привыкли к чрезмерной опеке. Иногда даже выходишь неправедным образом из себя со словами: «Ничего страшного, позвонишь, если что!» Поездка на городском автобусе с друзьями в кино воспринимается ими как личный подвиг. Но я бы все же разграничивала жизнь ребенка в Нью-Йорке и в Москве. В Америке так обстоят сейчас дела с уровнем криминогенности, что ничего зазорного в том, чтобы отпустить ребенка в свободный полет по стритам и авеню всяким, нет. Безусловно, настоящую защиту детям дает не режим домашнего ареста, а велосипедный шлем, автомобильное кресло и другие средства для безопасного передвижения.

А вот в России, судя по уровню преступности на сегодняшний день, я бы постаралась воспитать в ребенке ответственность, не подвергая его излишней опасности самостоятельного передвижения в пространстве в любом месте и в любой час. Сосредоточиться, мне кажется, надо на воспитании чувства ответственности за слова, за обещания, за возложенные обязательства. А уж поездить по городу еще успеется. Пусть только все-таки беспрепятственно дорастет человек до менее инфантильного и беззащитного возраста, хотя бы по виду.

📎📎📎📎📎📎📎📎📎📎